На ней напрямую или косвенно сказывается ужесточение западных санкций. Отмечается недостаточность технологической кооперации со странами ОДКБ/ЕАЭС. Здесь Россия с партнерами заметно уступает натовским странам, где совокупный уровень такого взаимодействия ВПК среднего и высокого переделов, по ряду зарубежных оценок, превышает 60 процентов. В РФ по-прежнему крайне велики сроки согласования разработок и их внедрения в серию – последнее обусловлено и бюджетными секвестрами, проводимыми с 2014 года, и чрезмерной зависимостью государственной казны от нефтегазовых доходов. Эти и смежные проблемы «толкают» результаты российских НИОКР военного профиля и готовые продукты «оборонки» не только в развивающиеся страны, но даже и в натовские либо союзнические Североатлантическому альянсу.

Сохранится дистанция между научно-технологическим потенциалом ВПК РФ и темпами-объемами промышленного внедрения разработок и готовых продуктов, полагают западные эксперты.

Две задачи и много проблем

Пример оценок такого рода с «доказательной базой» – статья чешского политолога Лукаша Визингра о российской программе перевооружения в пражской Echo24.сz. Складывается впечатление, что публикация – результат недавних исследований, проведенных не столько в Чехии (скорее всего вообще не в ней), сколько в аналитических центрах НАТО.

Не стоит сомневаться в технологическом потенциале российской промышленности, но нельзя забывать и о ее постоянных проблемах

«Россия приняла новую программу вооружения, которая обнаруживает сильные и слабые стороны ее армии», – констатирует Визингр. Появились подробные сообщения о российской ГПВ на 2018–2027 годы. За 10 лет из госказны на разработку и производство военной техники должно поступить около 19 триллионов рублей, но это, считает чешский аналитик, «значительно меньше, чем требуется Вооруженным Силам. Хотя с учетом экономических трудностей России все же немало».

Российские госпрограммы вооружения всегда рассчитаны на 10 лет, однако принимаются каждые пять лет, чтобы поддерживать их актуальность. ГПВ на 2011–2020 годы многие (намек на коллектив натовских аналитиков.А. Ч.) оценили как первую успешную в истории России, хотя на ее реализации негативно сказалось снижение цен на нефть. «Программа на 2016–2025 годы была предварительно проработана, но западные санкции и другие обстоятельства вызвали необходимость ее отложить. Поэтому актуализация сдвинулась таким образом, что реализация программы начнется только в 2018 году», – отмечает Визингр. В ней, поясняет эксперт, определены две основные задачи. Первая требует разработки некоторых видов оружия, в котором используются совершенно новые концепции и принципы, основанные на последних технических достижениях. Вторая задача заключается в необходимости поддерживать серийное производство уже существующих и постепенно модернизируемых видов техники. Факт, что вторая, казалось бы, совершенно очевидная задача еще раз четко проговаривается, означает: российское руководство осознает проблемы в этой сфере.

Российский ВПК располагает огромным технологическим потенциалом и в некоторых отношениях является совершенно передовым, однако давно испытывает трудности с производством, вернее, с запуском новых типов техники в серию. Остаются проблемы, которые берут начало еще во времена СССР (обобщение некорректное: в середине 40-х – первой половине 50-х внедренческие темпы были намного выше, чем в последующее десятилетие. А в середине 60-х – начале 80-х в «оборонку» удалось вернуть темпы последнего сталинского периода. Позже была «организована» стагнация параллельно с ускорившимся разрушением СССР.А. Ч.) и усугубились в лихие 90-е. Теперь на традиционные трудности наложились санкции и осложнение отношений с ближайшей соседкой.

Без «Баргузина» и Украины

Речь идет и о прекращении поставок комплектующих с Украины, что негативно сказывается прежде всего на судостроении и производстве вертолетов. Россия хочет компенсировать нехватку самостоятельно или с помощью КНР, но импортозамещение двигателей делает первые шаги медленно, а китайские образцы зачастую оказываются ненадежными.

«При этом парадоксально, что некоторые российские вооружения привлекают большой интерес на мировом рынке, в том числе среди государств, которые раньше делали ставку преимущественно на западную технику. Речь в том числе о Египте и Саудовской Аравии. Но производственные мощности российских оборонных заводов имеют пределы и не могут удовлетворить спрос и на внутреннем, и на зарубежном рынках. Однако продажа оружия является крайне важным источником денежных средств, которые впоследствии идут и на финансирование самой Российской армии», – говорит эксперт.

Страшные серии для экспертов НАТО

«О том, что Россия действительно нуждается в деньгах, говорит тот факт, что власть дала добро на экспорт зенитно-ракетных систем С-400 «Триумф» в Турцию и Саудовскую Аравию, а также в Китай, последний получил истребители Су-35. А ведь об обоих типах техники принято было говорить как о чем-то, что никогда не должно попасть в руки китайцев и союзников Запада», – замечает чешский аналитик. Вообще-то в отношении КНР запрет перестал действовать еще в начале 2000-х, а в целом тезис наивен, особенно если учесть заявление Сергея Чемезова, что Россия готова продать «Триумфы» хоть США, если те об этом попросят.

Визингр отмечает, что перевооружение РВСН новыми комплексами «Тополь-М» и «Ярс» уже в целом завершено, но параллельно реализуются еще три крупных проекта. Точнее, они осуществлялись до недавнего времени, поскольку, по последним сведениям, был остановлен проект мобильного железнодорожного комплекса баллистического ракетного вооружения «Баргузин». Помимо технических проблем и высокой стоимости, считает Визингр, среди причин закрытия проекта называют то, что «Баргузин» мог бы слишком провоцировать американцев, которые очень боялись старого железнодорожного ракетного комплекса РТ-23 «Молодец». Продолжается разработка легкой баллистической ракеты РС-26 «Рубеж» и очень тяжелой ракеты РС-28 «Сармат», которая должна сменить Р-36М, называемую «Сатаной».

ВКС получат новые системы С-400 («Триумф»), но по прогнозу Визингра (точнее, все-таки аналитических центров НАТО), «снова может быть отложена постановка на вооружение комплекса нового поколения С-500 «Прометей», который в том числе должен уничтожать межконтинентальные ракеты и спутники. Также готовится новый зенитный ракетный комплекс малой дальности «Стандарт», который не поступит на вооружение ранее 2030 года».

В том же ключе изложена проблема серийного производства и для сухопутных сил. Некоторые поклонники этого рода техники скорее всего ожидали масштабных поступлений бронетехники нового поколения – такой, как танк Т-14 «Армата», БМП «Курганец-25» и колесная платформа «Бумеранг», напоминает Визингр. Говорилось, что будет произведено примерно 2300 танков «Армата», однако у Уралвагонзавода нет мощностей для подобных темпов. «Кроме того, новый танк почти наверняка станет очень дорогой игрушкой. Поэтому нынешний план на следующее десятилетие предполагает производство 100 или максимально 200 танков Т-14, которые получат элитные подразделения Российской армии. Основным типом останется Т-90, его будут дополнять модернизированные Т-72 и Т-80. Подобная ситуация и с БМП: придется еще несколько лет подождать крупных поставок бронемашин «Курганец-25» и полагаться на обновленные БМП-2 и БМП-3», – заключает эксперт.

Основные и запасные

В таком же положении, прогнозирует Визингр, окажется авиация, где и в будущем десятилетии будут доминировать Су-27, Су-30СМ и Су-35С, а также истребители-бомбардировщики Су-34 и штурмовики Су-25. «В запасе» у России есть еще истребитель пятого поколения Су-57 (ПАК ФА), но судя по нынешнему плану, будет произведено всего несколько штук для испытаний и обучения. Серийное производство начнется только тогда, как завершится работа над новым двигателем, а это может занять несколько лет. Вероятно, задержки будут и «в реализации проекта футуристического стратегического бомбардировщика ПАК ДА».

«Запланировано, что авиация получит и модернизированные бомбардировщики Ту-160, Ту-95МС и Ту-22М3, возможности которых значительно расширятся прежде всего в области традиционных авиаударов», – отмечает Визингр. По его словам это можно назвать одной из «красных нитей», пронизывающих всю программу вооружения. Основой Вооруженных Сил РФ по-прежнему остаются СЯС, и тем не менее все большее значение приобретают традиционные виды оборонительных и наступательных вооружений. Это, по мнению чешского эксперта, можно связать непосредственно с использованием дальних бомбардировщиков и кораблей в Сирии, где Россия с успехом воспользовалась крылатыми ракетами, запускаемыми с воздуха и воды. Опыт закономерно находит отражение в разделе новой программы о морском флоте, где максимальный акцент делается на подводные лодки и малые корабли, способные нести крылатые ракеты «Калибр». Это оружие, разящее на расстоянии 2500 километров, обеспечивает России наступательную мощь, по уровню сопоставимую с прославленными американскими ракетами «Томагавк».

Кроме дозвуковых «Калибров», прошла информация о якобы успешных испытаниях гиперзвуковой ракеты «Циркон», скорость которой в восемь раз превышает звуковую, то есть более девяти тысяч километров в час. Нужно подчеркнуть, что сегодня ни у одной страны мира нет эффективной защиты от такого оружия. «Именно поэтому над разработками подобных наступательных средств сейчас активно работают американцы и китайцы», – подчеркивает аналитик.

«Россия хочет сделать ставку на небольшие, но очень хорошо вооруженные надводные корабли. И почти наверняка в рамках новой программы не будет построен ни один надводный корабль больше фрегата. Новая программа предполагает выделение средств на разработку авианосцев и десантных вертолетных кораблей, строительство которых реально ожидать после 2025 года», – замечает Визингр. Ему известно, что «устаревающего «Адмирала Кузнецова» ожидают масштабная модернизация и поставки новых истребителей МиГ-29К».

По новой Госпрограмме вооружения планируется разработка субмарин нового поколения, но на службу они поступят не ранее 2030 года. «Россия собирается создать новую баллистическую ракету для подлодок, а также интересную систему «Скиф», предполагающую ракеты донного базирования. О существовании этого проекта известно уже несколько лет», – констатирует эксперт.

Схожие проекты, напомним, разрабатывались и планировались к реализации в СССР еще в середине 50-х – первой половине 60-х. Но хрущевский в буквальном смысле погром советского ВМФ, включавший досрочную эвакуацию ряда важнейших зарубежных баз нашего флота («Прыжок из бассейна», «Запоздалый бросок в Порт-Артур»), законсервировал эти планы.

В целом, по мнению чешского аналитика, не стоит сомневаться в технологическом потенциале российской промышленности, но нельзя «забывать и о ее постоянных проблемах. От амбициозного проекта или впечатляющего образца нужно пройти длинный, сложный и затратный путь к серийному производству и практической применимости. Все это касается и нового поколения ракет».

Насколько обоснованны оценки и прогнозы, покажут только итоги выполнения программы, столь детально проанализированной в чешском издании.

Алексей Чичкин,
кандидат экономических наук