Подписаться RSS 2.0 |  Реклама на портале
Контакты  |  Статистика  |  Обратная связь
Поиск по сайту: Расширенный поиск по сайту
Регистрация на сайте
Авторизация

 
 
 
   Чужой компьютер
  • Напомнить пароль?






    Навигация

    Важные темы

    По прогнозам экспертов, планы Трампа усилить вооружённые силы Америки приведут к увеличению


    Расчёты показывают, что в формате конфликта низкой интенсивности (как на Украине) ни США отдельно,


    Если начало 2017-го было временем великих надежд после исторического поражения Хиллари Клинтон, то


    Я не буду вам рассказывать о том, что Сталин был хороший и призывать вернуться в СССР. И не буду


      Делая прогноз для России, в первую очередь, пока, опять придётся говорить о США, как о


    Реклама




    » «Кто-то дал им очень плохой совет»

    | 18 октябрь 2017 | Интервью |

     

    «Кто-то дал им очень плохой совет»

    Насколько каталонский пример заразителен? В конце недели ответ на этот вопрос даст еще один референдум. Он пройдет в Северной Италии.

    Региональные правительства двух областей Венето и Ломабардии спрашивают у граждан: добиваться им большей автономии от Рима или нет? О том, почему Рим реагирует сдержанно, а также о том, что может изменить в ЕС опасный испанский пример, "Огонек" расспросил президента итальянского Института геополитики и прикладных наук Тиберио Грациани

    — Референдумы и разного рода опросы по поводу отсоединения — не редкость для многих регионов Европы. Все, однако, привыкли, что эти всплески неагрессивны и, как правило, сами собой сходят на нет. А вот каталонский — или, может, правильнее говорить испанский — сценарий нарушил традицию. На ваш взгляд, почему?

     

    — Дело в том, что Каталония, которая и до своих двух референдумов получила от Мадрида весьма широкую автономию, в последние годы шла на поводу у экстремистских тенденций, которые хотят исключительно независимости и отделения от Испании.

    У столь радикальной позиции может быть два объяснения: либо власти Каталонии впали в националистическую эйфорию, либо кто-то дал им очень плохой совет. Ведь если говорить прагматично, понятно: для достижения цели следовало с самого начала разыгрывать политическую карту — я имею в виду путь долгих переговоров с центральной властью, добиваясь пошагово все большей и большей автономии.

    К примеру, Барселона могла попытаться добиться независимой внешней политики, это верный путь к "мягкому расставанию", что, к слову, могло бы найти понимание и в ЕС. Но власти Каталонии заняли жесткую позицию и провели референдум. В результате премьер-министр и король Испании оказались в ситуации, когда они должны были защитить единство страны. Итог — жесткая позиция с обеих сторон. В трудную ситуацию попал и Брюссель: пока он занял выжидательную позицию, но если независимость станет фактом, ЕС придется высказаться однозначно.

    — Почему ЕС так трудно занять позицию по этому вопросу?

    — Не секрет, что Евросоюз, особенно после "Брексита" и США, отвернувшихся от Старого Света при Трампе, сам переживает сильнейший кризис. Выражается это в слабости и нерешительности, в том числе и в отношении государств — членов ЕС. И вот на таком фоне важный с экономической точки зрения регион (ВВП Каталонии сравним с ВВП ряда европейских стран.— "О") отдаляется от Испании. Больше того, заявляет о намерении стать самостоятельным государством, потенциальным членом ЕС.

    Ясно ведь, что при нынешнем кризисе в Евросоюзе каталонский пример может спровоцировать парад суверенитетов, причем это может коснуться регионов, о сепаратизме которых мало кто вспоминает. Скажем, о той же французской Бретани (историческая провинция, в прошлом герцогство.— "О"), где есть историко-культурная идентичность, а также партия с установкой на автономию. Если события пойдут по такому сценарию, это повлечет за собой фрагментацию и перекомпоновку Евросоюза.

    В ЕС, конечно, хватает микрогосударств — Княжества Монако и Лихтенштейн, Республика Сан-Марино. Но у этих образований давняя история, к тому же как государства они очень малы, причем не только по территории, но и по суверенитету: называя вещи своими именами, он у них весьма ограничен.

    — Но, допустим, такой сценарий остановить не удастся. И какое же будущее у таких отколовшихся мини-государств?

    — Наше время определяют глобальные тенденции, тон которым задают такие гиганты, как Китай, Россия, США. Они определяют мировой порядок уже в силу своих размеров, своих ресурсов. А вот перспективы стран-карликов невелики. Да и суверенность таких образований, как, скажем, Каталония, весьма сомнительна с точки зрения реальной политики. Понимаете, в XXI веке суверенитет подразумевает возможность страны оставаться самодостаточной, не зависящей от мировых монополий. Китай и Россия, к примеру, имеют ресурсы, чтобы поддерживать определенный уровень жизни (я не говорю сейчас о том, который достигнут на данный момент в Европе) и самостоятельность.

    Каталония живет внешней торговлей и туризмом. Она зависит от множества факторов, и о самодостаточности тут речь не идет. Скажу больше: в новом мировом порядке все европейские страны по отдельности тоже не обладают суверенитетом в том смысле слова, о котором мы с вами сейчас говорим. То же можно сказать и о Евросоюзе. Я бы больше сказал: в том и проблема ЕС, что, имея такие необходимые для достижения реального суверенитета ресурсы, как экономика и энергетика, он не смог выработать единую политическую систему и единую систему безопасности. Это и является причиной нынешнего коллапса единой Европы.

    На мой взгляд, эта проблема напрямую связана с усилением сепаратизмов: половинчатость, незавершенность конструкции ЕС способствуют центробежным тенденциям внутри входящих в него стран. Одной из причин, почему референдум в Каталонии стал возможным именно сейчас, является тот факт, что создание ЕС ослабило национальные государства, которые делегировали органам Евросоюза ряд своих полномочий, и это провоцирует регионы требовать большей автономии.

    — Это относится и к Италии. Что ждать от референдумов, которые в ближайшее воскресенье пройдут в двух ее крупнейших северных областях, известных своей склонностью к сепаратизму?

    — Чтобы не было путаницы, сразу расставим точки над "i". Референдум в Ломбардии и Венето проводится, чтобы добиться большей автономии и иметь возможность лучше распоряжаться собираемыми в этих областях налогами. Потому что иначе ими распоряжается центральное правительство в Риме.

    При этом референдум проходит абсолютно в рамках Конституции, а вынесенный на него вопрос сформулирован очень аккуратно. Жителей спрашивают, хотят ли они, чтобы в соответствии с Конституцией страны их региональные власти выступили перед национальными инстанциями с инициативами, позволяющими запустить механизм для предоставления большей автономии. И все!

    — Однако три года назад глава области Венето Лука Дзая готовил референдум, где ставился, как в Каталонии, вопрос об отделении. Другое дело, что, когда Конституционный суд Италии тот референдум запретил, Дзая, в отличие от каталонцев, не стал настаивать, и, как видим, вынесенная на новый референдум формулировка несравнимо мягче. Что, у итальянских северян головы не такие горячие?

    — Тут много аспектов, но главный из них — Дзая прекрасно понимает, что для области выгоднее добиваться специального статуса, нежели отделения. Дело и в Конституции: в Италии она допускает в рамках страны регионы со специальным статусом, который предполагает широкую экономическую, прежде всего налоговую, автономию. Такой статус имеет Сицилия, чей региональный парламент наделен куда большими полномочиями, чем, к примеру, парламент области Лацио (область в центральной Италии, столицей которой является Рим.— "О") и еще четыре из двадцати областей. Иметь такой статус чрезвычайно выгодно. Взять хотя бы граничащую с Австрией область Трентино — Альто-Адидже. Большинство ее жителей — немцы и австрийцы, которые, в принципе, могли бы попытаться добиваться отделения от Италии и присоединения к Австрии. Но они этого не делают, так как там статуса, предоставляющего сопоставимые налоговые льготы и прочие привилегии, не имели бы.

    Так вот, Ломбардия и Венето тоже хотят расширить свою автономию и в результате целой цепочки шагов получить в конце концов специальный статус. Конституция это позволяет — во всяком случае, тем регионам, у которых все в порядке с бюджетом, а у Ломбардии и Венето с этим вопросом все хорошо.

    — Выходит, ваш референдум, который подразумевает поэтапную борьбу за автономию, в какой-то мере выпускает сепаратистский пар? Иными словами, решает ту проблему, которая привела к обострению в Каталонии, также недовольной тем, что она платит все налоги Мадриду.

    — В определенной степени, да.

    — И на смену сепаратизму итальянского Севера с его мечтой о мифической Падании приходит налоговый конформизм...

    — Сторонники независимости северных территорий в Италии гораздо слабее, чем в 1990-е, пожалуй, только в Венето и остался ряд экстремистских групп. А всплеск северного сепаратизма был связан не только с тем, что местные жители были недовольны тем, как центр использует их налоги. Были, напомню, и другие причины. В этом регионе после падения Берлинской стены очень сильно ощущаться присутствие Германии, которая стремилась вести экономический диалог напрямую с северными областями, более соответствовавшими ее уровню промышленного развития, чем остальная Италия. Поговаривали, что и "Лига Севера" (сепаратистская партия.— "О"), появилась не без поддержки. Не секрет же, что Германия в те годы способствовала и дезинтеграции Югославии, помогая Словении.

    — Свою роль в ослаблении сепаратистских настроений играет и фактор лидера. Нынешний глава партии "Лига Севера" Маттео Сальвини, как сам он недавно выразился, ностальгии по Падании не испытывает...

    — Сальвини старается переформировать "Лигу" из региональной партии в национальную. Это стало возможным потому, что на правом фронте итальянской политики образовался вакуум: Сальвини это понял, и у него есть амбиции этим воспользоваться.

    — Тем не менее звучат опасения, что референдум может подогреть сепаратистские настроения.

    — Опасность есть: экстремистски настроенная часть "Лиги" говорит о нем как о первом шаге, за которым последует референдум за отделение от Италии. Впрочем, воспользоваться референдумом пытаются не только сепаратисты.

    — Что вы имеете в виду?

    — Несмотря на аккуратность и легитимность вынесенного на голосование вопроса, эта инициатива встречает, мягко говоря, неодобрение правительства, так как ее носителями являются политические противники (и губернатор Венето, и губернатор Ломбардии — активные лидеры оппозиционной "Лиги Севера".— "О"). В этом смысле показательно, что область Эмилия-Романья, где традиционно сильны левые, тоже делает шаги в сторону налоговой автономии, но к референдуму не прибегает. Ее руководство готовит реформы, зная, что есть поддержка в левоцентристском правительстве.

    — Значит, в итальянском контексте региональный референдум стал частью общенациональной политики. И как его исход скажется на парламентских выборах в начале 2018 года?

    — Его "да", а оно весьма вероятно, безусловно, ослабит Демократическую партию (за ней большинство портфелей.— "О") и весь левый центр.

    — В последнее время от референдумов одна головная боль. Может, лучше вообще без них?

    — С этим многие согласятся после "Брексита", каталонского референдума и ряда других (плебисцит по реформе Конституции в декабре 2016-го отправил в отставку премьера Италии Ренци.— "О")...

    Беседовала Елена Пушкарская, Рим




    Ключевые теги: Испания

    Комментарии (1) | Распечатать | |

    Источник: https://khazin.ru/articles/165-intervju/55340-kto-to-dal-im-ochen-plohoi-sovet

    Голосовало: 0  

    Или через КИВИ кошелёк

     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

    Последние новости в ленте:


     

    Добавить новость в:



    » #1 написал: Юрий (18 октября 2017 13:05)


    Зарегистрирован: -- |


    Группа: Гости
    публикаций
    комментариев
    Статус:
    Происходящие события на севере Италии не что иное, как своего рода шантаж. А как же? В соседней Испании назревает отделение Каталонии по похожему сценарию и, даже, со схожими требованиями. Тут появляется шанс на получение более широких привилегий, требуемых в Ломбардии и Венето, иначе может все перерасти в масштабы каталонских событий. Хотя итальянское правительство способно решить эту проблему, не допустив увеличения масштаба и глубины проблемы.

    цитировать | | |
     

    » Добавление комментария
    Ваше Имя:
    Ваш E-Mail:

    Введите два слова, показанных на изображении:

     



    На портале



    Наш опрос
    Какое будущее по вашему мнению ждет ДНР и ЛНР




    Показать все опросы

    Облако тегов
    Австралия, Австрия, Азербайджан, Аргентина, Армения, Африка, Балканы, Белоруссия, Ближний Восток, Болгария, Бразилия, БРИКС, Ватикан, Великобритания, Венгрия, Венесуэла, Германия, Греция, Грузия, ЕаЭС, Евросоюз, Египет, ИГИЛ, Израиль, Индия, Ирак, Иран, Испания, Италия, Казахстан, Канада, Киргизия, Китай, Корея, Латинская Америка, Мексика, Молдавия, НАТО, Новороссия, Норвегия, ООН, Пакистан, Польша, Прибалтика, Приднестровье, Румыния, Саудовская Аравия, Сербия, Сирия, СССР, США, Турция, Узбекистан, Украина, Финляндия, Франция, Чехия, Швейцария, Швеция, Япония

    Показать все теги

    Фито Центр











    Реклама


    Популярные статьи

    Главная страница  |  Регистрация  |  Добавить новость  |  Новое на сайте  |  Статистика  |  Обратная связь
    COPYRIGHT © 2014-2017 Politinform.SU Аналитика Факты Комментарии © 2015