Подписаться RSS 2.0 |  Реклама на портале
Контакты  |  Статистика  |  Обратная связь
Поиск по сайту: Расширенный поиск по сайту
Регистрация на сайте
Авторизация

 
 
 
   Чужой компьютер
  • Напомнить пароль?


    Навигация


    Важные темы

    Выступая на заседании дискуссионного клуба «Валдай», президент говорил в первую очередь о стратегии


    Еще раз здравствуйте, сейчас начнем нагнетать. Надеюсь, все уже знают о разрыве России с НАТО в


    Сегодня, судя по последним новостям, эту проблему можно ставить уже шире: «Можем ли мы говорить,


    Выяснилась до боли простая вещь — если Европа хочет сохраниться в качестве серьёзного политического


    Творится что-то невообразимое. В портах США образовались гигантские заторы, десятки судов


    Реклама






    Добавить новость в:




    » Афганистан. Проигравшие и выгодоприобретатели

    | 25 сентябрь 2021 | Первая полоса |

    Владимир Овчинский

    Афганистан. Проигравшие и выгодоприобретатели

    Фото: discover24.ru

    Уход американцев из Афганистана в 2021 году часто сравнивают с их уходом из Вьетнама в 1975 году. Но, на самом деле здесь есть существенная разница. Её довольно точно обозначил американский аналитик Йорам Этингер

    По его мнению, в 1975 году выход США из Вьетнама воплотил цель Вьетконга (Сев.Вьетнама), положив конец американо-вьетнамскому конфликту.

    В 2021 году уход США из Афганистана продвигает - но не достигает - цели «Талибана»* и «Аль-Каиды»* и, следовательно, не прекращает конфликт между США и исламским терроризмом.

    В 1975 году видение и стратегическая цель Вьетконга были ограничены территорией Вьетнама, что соответствовало возможному мирному сосуществованию и сотрудничеству с США.

    В 2021 году видение и стратегическая цель исламского терроризма образца XIV века не ограничивается территорией Афганистана. Им движет фанатизм, стремящийся подчинить «неверный» Запад - и особенно «Большого американского сатану», - который воспринимается как главное препятствие на пути к мировому господству ислама. Исламский терроризм полон решимости создать глобальное исламское общество, управляемое Кораном и шариатом, что несовместимо с мирным сосуществованием с «неверными» США, независимо от их причастности к Афганистану. Фактически, это требует решительной войны против США, включая терроризм на материковой части США.

    В 1975 году США были вовлечены в гражданскую войну во Вьетнаме, столкнувшись с выбором:

    • сражаться во вьетнамских окопах или выйти из боя и избавиться от войны.

    В 2021 году США будут бороться с внутренним антиамериканским исламским терроризмом, столкнувшись с выбором:

    • противостоять исламским террористам в их собственных окопах (что дорого обходится) или уйти оттуда и постепенно перенести войну в окопы США (что существенно дороже).

    В 2021 году политикам США напоминают, что Талибан* и все режимы-изгои не впечатлены и не желают принимать западные ценности прав человека, демократии, международного права и мирного сосуществования.

    Более того, на режимы-изгои не так производит впечатление дипломатия США, как их эффективная борьба с терроризмом и политика сдерживания (в этой связи весьма утопично выглядит последняя речь Байдена на Генассамблее ООН – В. О., Ю. Ж.).

    Исламские террористы не ищут популярности в международном сообществе. Они стремятся запугать международное сообщество вплоть до подчинения, мирным или военным путем (а если ищут международного признания, то только в тактических целях, например, для разблокировки санкционных счетов, или получения финансовой помощи – В. О., Ю. Ж.).

    Отступление США перед лицом исламского терроризма серьезно подорвало позицию США по сдерживанию, подогревая вулканическое арабское цунами (ошибочно названное «арабской весной»), которое травмировало арабскую улицу с 2010 года.

    По мнению Этингера, политика сдерживания в историческом плане ограничила ожесточенность всех режимов-изгоев (например, аятоллы Ирана, организации «Братьев-мусульман»* из Пакистана, Ближнего Востока и Северо-Западной Африки, хуситы Йемена, Хезболла, Хамас и Палестинская администрация), а также «ограничила манию величия в Турции Эрдогана». Таким образом, отступление США усилило угрозы существованию для всех проамериканских арабских режимов (например, Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн, Оман, Иордания, Египет, Марокко).

    Уход США из Афганистана, а также их стремление вновь присоединиться к ядерному соглашению 2015 года с аятоллами Ирана, укрепление связей с Братьями-мусульманами* на Ближнем Востоке и в США, а также давление США на Саудовскую Аравию, ОАЭ и Египет могут сблизить эти проамериканские арабские режимы с Китаем и Россией, которые являются, по мнению Этингера, основными выигравшими от нынешней политики США (хотя, на наш взгляд, для России стремительный приход талибов к власти создаёт с точки зрения антитеррористической и антинаркотической безопасности больше проблем, чем позитивных решений – В.О., Ю.Ж.).

    Уход США из Афганистана поставил под угрозу национальную безопасность Индии — прозападного оплота демократии, стабильности и эффективных возможностей — которая сталкивается с множеством угроз со стороны внутреннего и внешнего исламского терроризма, ядерного Пакистана и Китая.

    Очень ошибочные ориентированные на Афганистан оценки, сделанные американской внешней политикой и истеблишментом национальной безопасности, соответствовали, по мнению Этингера, систематическому разрыву между концепциями Госдепартамента, с одной стороны, и реальностью Ближнего Востока, с другой.

    Например, в 1978/79 году США предали проамериканского шаха Ирана и приняли аятоллу Хомейни, полагая, что он был проамериканским, движимым правами человека и демократией.

    В 2011 году США возглавили наступление НАТО против Каддафи, которое превратило Ливию в главную платформу глобального исламского терроризма и гражданских войн.

    В 2015 году США разработали ядерное соглашение с аятоллами Ирана, независимо от их фанатичной, репрессивной, террористической и страдающей манией величия идеологии и послужного списка, предполагая, что аятоллы Ирана были надежными партнерами для переговоров, склонными к мирному сосуществованию со своими арабскими суннитскими соседями и отказавшимися от своей основной идеологии.

    А кто же, всё-таки, является «выгодоприобретателем» от победы талибов?


    Дерек Гроссман (старший аналитик по вопросам обороны в корпорации RAND и бывший сотрудник разведки помощника министра обороны США по вопросам безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе) в статье в журнале Foreign Policy 20 сентября 2021 года пишет, что хорошая новость для Пекина и Исламабада заключается в том, что их политика в отношении управляемого талибами Афганистана в целом совпадает. Китай и Пакистан приветствовали возвращение талибов к власти. У них будет дружественный партнёр в Афганистане, который может осложнить принятие решений для Индии, являющейся общим противником.

    С прошлого лета Китай и Индия ведут военное противостояние из-за спорной границы в Гималаях. Доверие между Пекином и Нью-Дели практически отсутствует. Поддерживаемое США бывшее афганское правительство было хорошим другом Индии, в то время как поддерживаемое Пакистаном Талибан*, особенно если он также ориентируется на Китай, может стать противником или даже заклятым врагом Индии.

    Дружественные отношения между Китаем и Афганистаном также будут иметь серьезные последствия для экономических интересов и безопасности Индии в Центральной Азии. В этом регионе Китай уже доминирует экономически и постепенно заменяет Россию — давнего индийского партнера, в том числе и в военном отношении.

    Примерно в 2016 году Пекин неофициально основал базу в Таджикистане. Присутствие Китая в Таджикистане направлено на осуществление своей версии контртеррористической деятельности, то есть предотвращение того, чтобы этнические уйгуры, организованные в Исламское движение Восточного Туркестана, дестабилизировали китайский район Синьцзян через границу. Кроме того, через многостороннюю Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), объединенную Китаем и Россией, Пекин все больше укрепляет свои связи в сфере безопасности со странами Центральной Азии в ущерб Нью-Дели.

    На саммите ШОС, состоявшемся 16 – 17 сентября в Душанбе, председатель КНР Си Цзиньпин призвал других членов содействовать Афганистану, наблюдателю в ШОС, к плавному политическому переходу. Другой член ШОС - Пакистан утверждал, что Афганистан нельзя «контролировать извне». Это явный выпад не только против Соединенных Штатов, но и Индии, которая, по мнению Исламабада, была слишком близка к бывшему афганскому правительству.

    Будет интересно посмотреть, добьется ли Пекин в конечном итоге того, чтобы Афганистан, управляемый талибами, стал полноправным членом этой организации. Хотя Индия также присоединилась к ШОС, у Китая явно есть возможностей к взаимодействию со странами Центральной Азии, и этот разрыв будет только увеличиваться.

    Для Пакистана возвращение талибов к руководству в Афганистане также создаёт стратегическую глубину противостояния с Индией. Исламабадские экстремистские и террористические марионетки, в том числе не только «Талибан»*, но и «Сеть Хаккани»*, «Джайш-и-Мохаммед»*, «Лашкар-и-Тайба»* и другие группы, вероятно, будут расширять и укреплять свои возможности в Афганистане и, возможно, начнут атаки за пределами страны. Безусловно, ныне высокопоставленный чиновник Хаккани, возглавлявший террористическую «Сеть Хаккани»*, предложил «позитивные» отношения с Индией. Однако талибы также выразили намерение «поднять свой голос», чтобы поддержать мусульман в индийском регионе Джамму и Кашмир, на части которого претендует Пакистан.

    Между тем, следует помнить, что террористы «Лашкар-э-Тайба»* совершили ужасающие террористические атаки на Индию, включая скоординированное нападение и бомбардировки исторических мест в Мумбаи в 2008 году и нападение на индийские войска в Пулваме в Джамма и Кашмире в 2019 году. Сообщается, что после падения Кабула в августе месяце представители «Джайш-и-Мохаммеда»* встретились с талибами, чтобы просить их помощи в проведении операций в Джамму и Кашмире. Даже если террористические силы не объединятся против Индии в Афганистане, Нью-Дели по-прежнему, как минимум, столкнется с менее склонным к сотрудничеству и, вероятно, враждебным новым правительством под руководством Талибана*, которое объединено и поддерживается его заклятым противником Пакистаном.

    Вторая область согласования политики между Китаем и Пакистаном — это укрепление инфраструктуры и экономических связей между собой и Афганистаном. Крупная инфраструктурная и инвестиционная программа Пекина, инициатива «Один пояс, один путь», включает в качестве флагманского проекта Китайско-пакистанский экономический коридор — комбинацию автомобильных, автомобильных, железнодорожных и энергетических проектов в Пакистане. До захвата власти талибами ходили слухи в том, что Пекин пытался использовать «Один пояс, один путь» в Афганистане, чтобы соединить Кабул с Пешаваром на северо-западе Пакистана.

    Конечно, планы Пекина в отношении Афганистана намного шире, чем просто расширение возможностей связи. В идеале, если ситуация с безопасностью в конечном итоге позволит, Пекин хотел бы добывать природные ресурсы из Афганистана, в частности, редкоземельные элементы и другие полезные ископаемые, находящиеся в горах страны, которые, согласно отчету 2014 года, могут стоить почти 1 триллион долларов .

    В начале сентября Пекин предоставил Талибану* первоначальную экономическую помощь в размере 31 млн долларов в качестве своего рода первоначального взноса.

    Китай и Пакистан, безусловно, имеют много общего в политике в отношении Афганистана. Однако одна из основных потенциальных проблем — это борьба с терроризмом. Пакистан хочет оставаться дружелюбным с талибами, которых он поддерживал на протяжении десятилетий, чтобы иметь верных доверенных лиц через свою границу. Другая причина, по которой Исламабад может не захотеть разозлить Талибан*, заключается в том, что ее пакистанский коллега (и вероятный союзник) «Техрик-и-Талибан* Пакистан» (ТТП) представляет собой угрозу внутренней безопасности Пакистана. Действительно, после победы афганских талибов количество атак ТТП в Пакистане резко возросло .

    В июле этого года Исламабад изначально не хотел обвинять пакистанских талибов в нападении террориста-смертника на автобусы, везущие китайских рабочих на проекты «Один пояс, один путь».

    Избирательное преследование Исламабадом одних террористов и их пособников, а не других, может не совпадать с неустанным преследованием Пекином всех террористов, которые стремятся нанести ущерб китайским экономическим интересам в Пакистане, и сепаратистов, которые могут дестабилизировать Синьцзян. Пекин особенно обеспокоен тем, что Исламское движение Восточного Туркестана* потенциально может получить одобрение и поддержку со стороны Талибана* и других исламистских экстремистских группировок.

    Продолжающийся всплеск атак ТТП на китайские интересы в Пакистане или дополнительная помощь группировкам в Синьцзяне, вероятно, приведет к тому, что Китай значительно подстегнёт Пакистан, чтобы использовать свое влияние на Талибан* для решения этой проблемы. Действительно, в ходе последнего стратегического диалога между странами обе стороны договорились «создать усиленную версию рамок сотрудничества в области борьбы с терроризмом и безопасности».

    Пекин также обеспокоен тем, что талибы будут продолжать обращаться к незаконному обороту наркотиков в регионе, который они использовали в качестве источника финансирования в первый раз, когда они правили, и когда они были повстанцами.

    20 сентября 2021 года сотрудники службы по борьбе с контрабандой в Индии изъяли почти три тонны героина на сумму около 2,7 млрд долларов в порту штата Гуджарат. Товар под видом талька был доставлен из Афганистана через иранский порт Бендер – Аббас.

    Пекин хочет в одностороннем порядке сделать торговлю наркотиками менее актуальной для «Талибана»*, финансируя их. Экономическая помощь Пекина в размере 31 млн долларов, вероятно, частично направлена ​​на достижение этой цели. Но это смехотворная сумма в сравнении с миллиардами, которые получает «Талибан»* от торговли наркотиками.

    Решение Пакистана вообще не поддерживать усилия Китая по борьбе с наркотиками может обострить двусторонние отношения.

    Пекин и Исламабад связывает давняя история сотрудничества и они явно имеют много общего по Афганистану. Обе страны готовы стратегически извлечь выгоду из успеха «Талибана»*. Любая возникающая напряженность в вопросе борьбы с терроризмом и наркотиками, вероятно, будет урегулирована, поскольку Китай и Пакистан уделяют приоритетное внимание своим отношениям, не в последнюю очередь в отношении геостратегических регионов, связанных с Индией, их общим противником. Но возрождение «Талибана»* почти наверняка добавит ложку дёгтя к позитивному и продуктивному двустороннему партнёрству.

    *запрещённые в РФ террористические организации


    Добавить новость в:





    Ключевые теги: Афганистан

    Комментарии (0) | Распечатать | | Жалоба

    Источник: https://aurora.network/articles/153-geopolitika/94917-afganistan-proigravshie-i-vygodopriobretateli

    Голосовало: 1  


    Или через КИВИ кошелёк

     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:

     

    » Добавление комментария
    Ваше Имя:
    Ваш E-Mail:
    Код:
    Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
    Введите код:

     


    На портале



    Наш опрос
    Как вы относитесь к Юго-Востоку?




    Показать все опросы

    Облако тегов
    Австралия Австрия Азербайджан Аргентина Армения Афганистан Африка БРИКС Балканы Белоруссия Ближний Восток Болгария Бразилия Британия Ватикан Венгрия Венесуэла Германия Греция Грузия ЕАЭС Евросоюз Египет Израиль Индия Ирак Иран Испания Италия Казахстан Канада Киргизия Китай Корея Латинская Америка Ливия Мексика Молдавия НАТО Новороссия Норвегия ООН Пакистан Польша Прибалтика Приднестровье Румыния СССР США Саудовская Аравия Сербия Сирия Турция Узбекистан Украина Финляндия Франция Чехия Швеция Япония

    Реклама



    Фито Центр











    Популярные статьи

    Главная страница  |  Регистрация  |  Добавить новость  |  Новое на сайте  |  Статистика  |  Обратная связь
    COPYRIGHT © 2014-2020 Politinform.SU Аналитика Факты Комментарии © 2020