Главная > Зарубежные СМИ > Взгляд на политические и военные процессы в Ливии из Египта

Взгляд на политические и военные процессы в Ливии из Египта


11-06-2020, 20:00.



Перевод отличной статьи издания "Мада Маср" про закулисные моменты связанные с ливийской войной и Хафтаром с точки зрения Египта. Давеча выкладывал ее на английском, ну а теперь подъехал русский перевод от сайта "Правдинформ".
Статья будет интересна в первую очередь тем, кто задает вопросы "А что там происходит" и "За кого болеть" и хочет разобраться в хитросплетениях этой запутанной "войны по доверенности", которая в ряде сценариев может по размаху догнать сирийскую войну.
Разумеется, она не носит всеобъемлющий характер, но погружает в детали позиции Египта, России и Турции в Ливийской войне.

Спустя четырнадцать месяцев после того, как он начал штурм ливийской столицы Триполи, фельдмаршал Ливийской национальной армии Халифа Хафтар (Khalifa Haftar) стоял на трибуне в субботу в Каире рядом с президентом Абдель Фаттахом ас-Сиси (Abdel Fattah al-Sisi) и спикером Палаты представителей Ливии Агилой Салех (Aguila Saleh), чтобы объявить, что он примет предложенное Египтом прекращение огня и инициативу по возобновлению политических переговоров в рамках фракционного конфликта.


Президент Египта Абдель Фаттахом ас-Сиси (Abdel Fattah al-Sisi), спикер Палаты представителей Ливии Агила Салех (Aguila Saleh), фельдмаршал Ливийской национальной армии Халифа Хафтар (Khalifa Haftar).

Каирская инициатива состоит из военного прекращения огня и предложения о возобновлении политического процесса, которое было выдвинуто на субботней встрече между Салехом, Хафтаром и несколькими западными и арабскими послами в Каире. По словам египетского чиновника, после встречи Хафтара и Салеха Каирская инициатива была передана Сиси на утверждение. Эта инициатива, копия текста которой была рассмотрена "Мада Маср", подчеркивает целостность и единство Ливии, приверженность политическим переговорам, инициированным и контролируемым Организацией Объединенных Наций и приведенным в движение Берлинской конференцией в январе, а также поправку к давно спорной статье 8 ливийского политического соглашения 2015 года, которая сформировала правительство национального согласия, относительно надзора последнего за будущим главой ливийских вооруженных сил.

Недавно объявленная инициатива знаменует собой новое направление в управлении ливийским кризисом, когда Москва вместе с Каиром приступила к разработке плана по нейтрализации влияния Хафтара после провала западного наступления ЛНА (Ливийская национальная армия).
Хафтар, который был союзником Египта, прибыл в Каир в среду в последней попытке запросить военную помощь для борьбы с ПНС (Правительство национального согласия) за территориальный контроль в западной Ливии под видом борьбы с „террористическими группировками, поддерживаемыми Турцией“, по словам другого египетского чиновника, проинформированного о просьбе фельдмаршала, поскольку его военное лоскутное одеяло из бывших офицеров ливийских вооруженных сил, иностранных наемников, местных ополченцев и исламистов отступало на фронтах Триполи.

Однако аудиенция один на один, которую Хафтар искал с Сиси, так и не материализовалась, учитывая то, что египетский чиновник описывает как давнее «разочарование» Хафтаром в правящих залах Каира, которые с самого начала скептически смотрели на нападение ЛНА на Триполи еще в апреле 2019 года при поддержке Франции, ОАЭ, Иордании и России. Вместо этого, по словам второго египетского чиновника, Хафтар встретился с высокопоставленными египетскими чиновниками.
В то же утро силы, объединенные с правительством национального согласия — политическим органом, который Хафтар неоднократно пытался свергнуть, – взяли под свой контроль остальную часть юга Триполи, отодвинув линию фронта к окраинам Тархуны, последней опоры Ливийской национальной армии, удерживающей некогда обширную территорию на западе Ливии.

Победа ПНС была осуществлена не в 80 км к северо-западу от Тархуны в Триполи, где заседает правительство, а в Турции, чье обеспечение этническими турецкими сирийскими войсками на местах и военной техникой переломило ход войны в пользу ПНС. Именно в Турцию Фаиз Саррадж, глава исполнительной власти ПНС, отправился рано утром в четверг 4 июня, чтобы встретиться с президентом Турции Тайипом Эрдоганом и отпраздновать его победу.
„Мы полностью освободили Триполи и его окрестности. На самом деле этот успех – победа всех нас“, – сказал Саррадж с трибуны в Анкаре, где рядом сидел Эрдоган.

Эрдоган использовал пресс-конференцию, чтобы объявить, что Турция и Ливия будут продвигать разведку и бурение нефти в восточной части Средиземного моря, что является условием меморандума о взаимопонимании, подписанного обеими сторонами в ноябре, который расширил исключительную экономическую зону Турции до побережья Ливии.

По словам бывшего офицера ливийских вооруженных сил из Бани-Валида, который хорошо осведомлен о ситуации внутри Тархуны, в пятницу 5 июня утром силы, объединенные с ПНС, полностью взяли под свой контроль Тархуну после того, как силы Хафтара организовали полный отход на восток днем ранее. Западное наступление Хафтара, начатое с нападения на Триполи в апреле 2019 года, полностью провалилось менее чем за две недели, и он наблюдал за финальной сценой из Каира. С тех пор ПНС объявил, что мобилизуется для возвращения Джуфры в центральной Ливии и Сирта в месторождениях нефтяного полумесяца.

Относительная легкость, с которой был взят Тархуна, и организованный ЛНА вывод войск, казалось, не прогнозировались даже после падения на стратегическую авиабазу Аль-Ватия в середине мая, когда Египет и Объединенные Арабские Эмираты уже готовились к выходу Хафтара из его роли в центре ливийской арены военных действий.

Третий и четвертый египетские чиновники заявили "Мада Маср" в мае, что любое сотрудничество в области безопасности с осажденным генералом будет строго отвечать интересам национальной безопасности Египта. Египет, как ясно дали понять официальные лица, стремился предотвратить вакуум власти на востоке страны, особенно учитывая озабоченность Каира безопасностью по поводу пористой западной границы, которую он разделяет с Ливией. С этой целью египетская политика сосредоточилась на двух военных целях: предотвратить падение Тархуны, продолжая снабжать ЛНА военной разведывательной информацией, и держать ополченцев подальше от востока Ливии.

Но в Каире было также осознание того, что он больше не находится в качестве рулевого процесса. Помимо влияния Турции на Западе, Россия стала самым важным иностранным спонсором в Киренаике, по словам Джалеля Харчауи (Jalel Harchaoui), ливийского аналитика из Института Клингендаэля в Гааге.
„Военные самолеты российского производства, появившиеся в прошлом месяце в Джуфре, наряду с почти 3000 российскими наемниками, все еще дислоцированными в Ливии, просто жизненно важны для группировок анти-ПНС на востоке“, – говорит Харчауи. „Последние не могут выжить без военной помощи России. На ливийском театре военных действий страны Персидского залива и Египет не в состоянии остановить Турцию. Эта ситуация дает России колоссальное влияние, которое Москва сейчас всячески намерена использовать в политической сфере“.

Пятый египетский чиновник сказал "Мада Маср", что спекуляции вокруг потенциальной сделки Турция-Россия означают, что Каир должен подождать, чтобы увидеть, каковы должны быть его следующие шаги. По словам четвертого египетского чиновника, в последние дни между Россией и Турцией, с одной стороны, и Турцией и Соединенными Штатами, с другой стороны, продолжается общение. В то время как официальный представитель понимает, что между Турцией и Россией существует соглашение о том, что силы, воюющие с ПНС, не будут продвигаться на восток страны, Египет также обратился к США с просьбой попытаться получить гарантии того, что существует линия, которая не будет пересечена.

„Будут проведены политические переговоры с Востоком, но мы должны взять Сирт и Джуффру“, – сказал министр внутренних дел ПНС Фатхи Башага агентству Bloomberg в воскресенье 7 июня, предположив, что после захвата этих городов дальше на восток не будет никакого продвижения. „Мы должны предотвратить создание Россией баз в Сирте и Джуффре“. В ночь на воскресенье Саррадж безоговорочно отверг предложенное Каирской инициативой прекращение огня в понедельник утром, когда он позвонил руководителю оперативного отдела Сирт-Джуфра, призывая его продолжать наступление, чтобы взять эти два города.

Зная о видном месте России на переговорах, Египет на прошлой неделе инициировал шквал дипломатических контактов с московскими официальными лицами.
Во вторник заместитель министра иностранных дел, специальный представитель Президента РФ по Ближнему Востоку и Африке Михаил Богданов и посол Египта в России Ихаб Наср встретились, чтобы обсудить развитие событий в Ливии.

А в среду министр иностранных дел Самех Шукри (Sameh Shoukry) позвонил министру иностранных дел Сергею Лаврову. Согласно пресс-релизу российского внешнеполитического ведомства, официальные лица „подтвердили свою общую позицию относительно отсутствия альтернатив политическому урегулированию в Ливии и подчеркнули необходимость прекращения боевых действий и возобновления содержательных переговоров между противостоящими ливийскими сторонами“. В этом контексте министры поддержали программу преодоления кризиса в Ливии, предложенную президентом Ливийской Палаты представителей Агилой Салехом. „Эта программа могла бы стать фундаментом внутриливийского диалога, способствующего развитию Берлинского процесса“.

Согласно отчетам ливийских и египетских официальных лиц, которые беседовали с "Мада Маср" в течение последних двух недель, начинают складываться первоначальные очертания «программы преодоления кризиса в Ливии» России и Египта.
Ключевой столп египетских и российских планов – это политическая дорожная карта, выдвинутая Салехом, главой Палаты представителей Тобрука, который когда-то был сильным сторонником Хафтара, но теперь сам борется за большую долю на политической арене и движется против генерала. Дорожная карта Салеха послужила основой для Каирской инициативы.

Дорожная карта Салеха, сосредоточенная на реструктуризации и избрании нового президентского совета из трех членов от каждого из исторических регионов Ливии, который затем сформирует новое правительство, является наиболее заметным компонентом этого плана.
Однако „для всех сторонников Хафтара было принято решение, что полевой генерал не является сильным политическим и военным лидером. Но Хафтар не выйдет за дверь раньше Сарраджа. Хафтар и Саррадж должны будут выйти вместе“, – говорит четвертый египетский чиновник.
„Если турки сочтут необходимым попросить Сарраджа уйти в отставку в рамках политической сделки, которая позволит убрать Хафтара, то они сделают это, и Саррадж не обязательно будет возражать“, – говорит ливийский политический источник, близкий к Хафтару.

Хафтар не будет полностью вытеснен из картины сразу же, но останется в Каире на неопределенный срок под пристальным наблюдением, поскольку он выполняет план формирования политической структуры для Востока, по словам высокопоставленного офицера ЛНА, близкого к фельдмаршалу. Третий египетский чиновник говорит, что Хафтар останется в Каире по крайней мере на несколько недель, прежде чем ему нужно будет найти место для выхода на пенсию.
Во время визита Салеха в Каир в минувшие выходные высокопоставленные египетские чиновники внушили ему, что он должен быть менее жесток к Хафтару, по словам третьего египетского чиновника, который добавляет, что, хотя Каир поддержал инициативу Салеха, высокопоставленные египетские чиновники сообщили Салеху, что должны быть «поправки», не уточняя, каковы будут эти «поправки».

Информированный западный чиновник, беседовавший с "Мада Маср" на условиях анонимности, признал, что Великобритания ведет переговоры с Салехом, но поднял вопрос о том, может ли парламентарий сам способствовать политическому примирению.
Второй египетский чиновник, беседовавший с "Мада Маср" накануне визита Салеха в Каир в минувшие выходные, согласился с этим мнением, заявив, что Салех не может быть альтернативой Хафтару. „Он слишком стар, недостаточно антиисламист“, – сказал чиновник. „Теперь, когда Хафтар покинул политическое поле, вопрос заключается в том, как мы можем сделать так, чтобы исламисты не доминировали в Ливии“.

Россия и Египет также рассматривают возможность обращения к другому ключевому компоненту ливийской политической структуры для содействия созданию политической структуры, стоящей на обочине Хафтара: сети сторонников бывшего правителя Муаммара Каддафи.
Для того, чтобы создать антиисламистский блок, говорит ливийский политический источник, близкий к Хафтару, Египту придется зависеть от бывших деятелей режима, многие из которых живут в Египте и имеют прочные связи с египетским правительством. Четвертый египетский чиновник признает, что Египет открыт для некоторых бывших деятелей режима, даже если неясно, могут ли они взять на себя ведущую роль.

В отсутствие Хафтара обязанности главы ЛНА будут разделены с ведущим генералом на востоке, согласно второму источнику ЛНА и третьему египетскому чиновнику. Однако, похоже, еще не достигнуто соглашение о том, кто возглавит Восточную армию. По данным источника ЛНА, генерал-майор Фарадж Бугалия, сторонник прежнего режима, является одним из кандидатов на эту должность, опасаясь разъединения каддафистских элементов, лояльных Хафтару и России. Однако египетский чиновник говорит, что Абдель Разек Аль-натури, начальник штаба Хафтара, и Сакр Героуши, глава военно-воздушных сил ЛНА, также рассматриваются. Хафтар также активно вербует членов бывшего режима, чтобы они стали частью восточной политической структуры после краха его западной кампании, по словам высокопоставленного офицера ЛНА, близкого к Хафтару, и источника бывшего режима, который говорил с "Мада Маср".

Этот расчет для Египта был бы совместим с долгосрочной ставкой России на бывших деятелей режима. В то время как российские наемники, связанные с президентом Владимиром Путиным, помогли ЛНА оправиться от их неудачи в середине 2019 года, Россия последовательно поддерживала контакт с несколькими игроками в Ливии, включая каддафистов. Ранее они пытались наладить контакт с сыном Каддафи, Саифом аль-Исламом, сообщает в марте агентство Bloomberg.

„Один аспект, который мы точно знаем о мышлении России в Ливии, – это ее приверженность восстановлению политиков, технократов и военных офицеров, известных своей лояльностью Муаммару Каддафи“, – говорит Харчауи. „Эти течения были более или менее игнорированы всеми другими иностранными вмешательствами с 2011 года. Но Египет дал им приют“.

Для Харчауи поворот к каддафистским сетям был бы желанным противовесом или даже заменой высоко персонализированному политическому бренду Хафтара для России.
„Кремль глубоко привержен тому, чтобы Хафтар обладал все меньшей и меньшей властью. Он считает, что Хафтар слишком капризен, чтобы быть надежным клиентом. Москва всегда глубоко скептически относилась к решению фельдмаршала в 2019 году начать фронтальное наступление на Триполи. Приняв на себя чрезмерный риск на Западе, Хафтар стал причиной того, что единственная архитектура безопасности на востоке была подвержена риску разрушения. ОАЭ действительно приняли воинственную авантюру Хафтара в апреле 2019 года, но Россия не любит такого рода сверхдорогое перемирие. Русские реалисты“, говорит Harchaoui. „Поддерживая каддафистов и используя их опыт, постоянно ведя переговоры с про-Хафтарскими группировками, ПНС и Турцией, Россия знает, что может укрепить свое влияние в восточной Ливии уникальным и прочным образом“.

„Россия планирует включить членов бывшего режима в политический процесс“, – говорит находящийся на Ближнем Востоке иностранный дипломат, знакомый с управлением Москвой ливийским досье. „У некоторых из них есть хорошие идеи, и они могут стать частью общего будущего Ливии. Россия говорила с ними так же, как они говорили со всеми“.

Россия также ведет в игру, чтобы поддерживать контакты с ПНС. В четверг Москву посетил депутат президентского Совета ПНС Ахмед Майтек. По завершении встречи с представителями российского внешнеполитического ведомства и Минобороны Майтек заявил журналистам, что ГНА полностью верит в то, что Россия будет важным партнером в обеспечении стабильности Ливии.
В пресс-релизе МИД России по итогам встречи с Майтеком был сделан акцент на освобождении „как можно скорее и без предварительных условий“ российских граждан Максима Шугалея и Самера Суэйфана, которые были арестованы в Триполи в мае 2019 года и обвинены в ведении российской фермы троллей с целью повлиять на выборы в Ливии, как можно скорее и без предварительных условий.
„Российские граждане, остающиеся в тюрьме в Триполи, являются главным препятствием на пути развития взаимовыгодного сотрудничества между двумя странами“, – говорится в заявлении.
По словам находящегося на Ближнем Востоке иностранного дипломата, знакомого с политикой России в Ливии, Москва уверена, что Суэйфан и Шугалей будут освобождены в ближайшее время, поскольку контакты России с ПНС были расширены и параллельно идут обширные переговоры с турецкими официальными лицами.

Координация действий Египта с Россией расшатывает традиционные альянсы, которые доминировали в международных измерениях ливийского конфликта. Однако это не означает, что Египет откажется от своих существующих связей.
„Что примечательно здесь, так это то, насколько собственное исчисление Египта похоже на российское на данном этапе. Теоретически можно было бы предположить, что Каир просто подражает Абу-Даби, который был его главным благодетелем с 2013 года. Но это совсем не то, что происходит с тех пор, как Турция открыто вмешалась в Ливию“, – говорит Харчауи. „В Киренаике Каир заботится о фактической стабильности в общепринятом смысле и оказывается гораздо менее абсолютистским, чем Мохаммед бен Заид в ливийском досье. Это вовсе не означает, что ОАЭ выбыли из общей картины. Боевые беспилотники ОАЭ все еще наносят авиаудары по Ливии в течение последних нескольких дней. Кроме того, Абу-Даби – это финансовый гигант, который и Москва, и Каир будут стремиться использовать и угодить ему. Но теперь, когда наступление Хафтара в Триполи было подавлено, выживание ЛНА и других институтов в Киренаике действительно зависит от Египта и России. ОАЭ, которые могли бы использовать тактическую паузу, возможно, пока придется смириться с этой динамикой“.

Между тем сотрудничество России и Египта по созданию новой структуры власти столкнется с серьезными трудностями.
Во-первых, по словам первого офицера ЛНА, упадок Хафтара открыл пространство для федералистского движения на Востоке, которое набирает обороты и завоевывает общественное мнение. Акцент Каирской инициативы на целостности Ливии, по-видимому, является прямым упреком страхам распада.
Но более важный вопрос касается того, как отношения России с Турцией повлияют на политику, связанную с энергетическими уступками в Восточном Средиземноморье для Египта.
Хотя Турция и Россия поддерживали противоположные стороны ливийского конфликта, они также проявили готовность к сотрудничеству в Ливии, как и в Сирии.
Несмотря на возможность прямого военного столкновения между двумя сторонами, бывший турецкий морской офицер говорит "Мада Маср": „у нас есть серьезные экономические связи. Мы сотрудничаем в энергетической сфере. У нас есть сотрудничество в области безопасности. Есть сотрудничество в оборонной промышленности. Россия не бросит все это ради Хафтара“.

В начале января обе стороны провели переговоры и вынудили все воюющие стороны соблюдать режим прекращения огня, а Россия оказала давление, выведя войска Вагнера с линии фронта.
В то время египетский чиновник выразил обеспокоенность тем, что эта сделка может сигнализировать о том, что Россия дала добро на заключение соглашения о демаркации морской границы между Турцией и ПНС, которое расширит исключительную экономическую зону Турции до берегов Ливии на том основании, что это затруднит работу по трубопроводу «Истмед» (EastMed), строительство которого негативно повлияло бы на контроль России над поставками газа в Европу.

В ноябре ПНС Ливии и Турция подписали соглашение о морских границах в Средиземном море наряду со сделкой, которая расширила безопасность и военное сотрудничество, что имело жизненно важное значение для способности ПНС отразить наступление Хафтара. Эта сделка расширила морскую ИЭЗ (Исключительную экономическую зону) Турции до берегов Ливии, проходя через несколько районов, в которых Анкара втянута в споры о разведке месторождений углеводородов с другими странами.

В то время Египет отверг эту сделку как «незаконную», а Греция, которая является противником Турции, учитывая историческую напряженность на Кипре, заявила, что любое такое соглашение будет географически абсурдным, поскольку оно игнорирует присутствие греческого острова Крит между побережьями Турции и Ливии.


Карта предполагаемого трубопровода EastMed

В то время как Египет внешне осуждал ноябрьскую сделку 2019 года между Турцией и ПНС Ливии, чиновники Министерства иностранных дел лоббировали президентство для спокойного принятия этой сделки, поскольку она предоставила бы Египту значительную морскую концессию (см. карту ниже) в этих зашедших в тупик морских переговорах, по словам третьего египетского чиновника. Однако эта рекомендация не была удовлетворена исполнительным органом.

„По тем критериям, которые Турция использует для разграничения ИЭЗ, Египет будет иметь право на огромное увеличение своей ИЭЗ, почти такое же большое, как территория Сербии“, – говорит "Мада Маср" высокопоставленный бывший турецкий дипломат.


Карта конкурирующих претензий по исключительной экономической зоне в Средиземном море

Однако увеличение ИЭЗ Египта также должно конкурировать с более масштабным политическим соревнованием в Восточном Средиземноморье, поскольку и Турция, и Египет соперничают за роль энергетического хаба.
„Геополитические конфликты подталкивают Египет и Турцию конкурировать друг с другом, чтобы стать восточно-средиземноморским газовым хабом“, – говорит Валид Хаддури, эксперт по нефти и газу. „Турция расширяет свое военное влияние на региональном уровне, чтобы наложить свою руку на запасы нефти в тех районах, которые она занимает в военном отношении, еще больше поляризуя углеводородный вопрос в геополитике“.

Египет вложил значительный политический капитал в обеспечение импортной сделки с Израилем, которая стала бы первым шагом на пути превращения его в региональный энергетический центр. В рамках этой сделки Египет начал импортировать сжиженный природный газ из Израиля, который затем Египет будет экспортировать через свои существующие мощности по отгрузке СПГ. Эрдоган уже стремится укрепить свою ставку на вытеснение Египта с позиции превосходства даже за пределами сферы разведки у берегов Ливии. По словам одного из европейских дипломатов, Турция ведет переговоры с Италией, соперником Франции по влиянию в Ливии, о газовой сделке с использованием газопровода ENI Greenstream в западной Ливии.

Это поставило бы под угрозу заявленный Египтом план использования трубопроводов ENI в Ливии. По словам Хаддури, после открытия мега-газового месторождения Зор (Zohr) Египет заявил о намерении „экспортировать газ в Европу по трубопроводу, который будет проходить от Зора до ливийских газовых месторождений, эксплуатируемых ENI, которая также эксплуатирует Зор, и соединить ливийские морские месторождения с морской газовой линией в Италию“.

Когда президент Франции Эммануэль Макрон и Сиси выступали 30 мая, они обратились к турецкой экспансии в Средиземное море, согласившись, что Турция не должна быть в состоянии в одиночку контролировать ливийский вопрос газа, сказал египетский чиновник "Мада Маср". Это было чувство, также выраженное после падения авиабазы Аль-Ватия (Wattiyah)*, по словам третьего египетского чиновника, когда помимо пограничной безопасности египетская озабоченность мешала силам ПНС Ливии и турецким войскам достичь управления месторождениями нефтяного полумесяца.

Перевел Михаил Коновалов

https://xn--80aegqufhcjg6b.xn--p1ai/Laid58594.html - цинк
https://madamasr.com/en/2020/06/08/feature/politics/what-comes-after-the-collapse-of-haftars-western-campaign/ - оригинал на английском



Между тем, войска Хафтара при поддержке авиации смогли оттеснить войска Турции и ПНС Ливии от Сирта, но не слишком далеко. Успехи в основном связаны с массированными авиаударами самолетов и ударных БПЛА, которые наносят ПНС Ливии и турецким боевикам существенные потери и мешают концентрировать войска - жилой застройки в пустыне мало, трудно прятать скопления тачанок и пехоты, которые являются лакомой целью для авиации ЛНА и ее спонсоров. Но если турки смогут хотя бы оспорить господство в воздухе над Сиртом, то все масса войск к западу от Сирта вполне может серьезно накатить на западные кварталы и кто знает, сможет ли армия Хафтара удержаться при серьезном давлении после нескольких деморализующих недель отступления.  Как минимум 1 серьезная попытка взять Сирт будет предпринята и если у Эрдогана не получится, тогда он скорее всего пойдет на переговоры, если издержки продолжения штурма Сирта превысят пороговые значения. Но это возможно только после того, как попробует взять желаемое силой, даже несмотря на то, что Италия, Германия и Франция призывают стороны в Ливии к немедленному прекращению огня. Как впрочем и Россия, которая также поддерживает Каирскую декларацию, которая должна вернуть ситуацию в выгодное для России русло, купируя негативные последствия наступательной авантюры Хафтара и ОАЭ, которая привела к откату ЛНА от Триполи.

PS. Стоит отметить, что когда стороны закрашивают территорию к югу от побережья, они как правило серьезно лукавят, зачастую это не захват территории, а договоренность с местными племенными вождями и этнорелигиозными группами, которые легко подписывают новую бумажку о лояльности, легко меня ПНС Ливии на ЛНА и обратно. Некоторые за 9 лет войны уже успели по несколько раз поменять стороны, что в основном делается для того, чтобы избежать войны на своей территории, предоставляя участникам ливийской войны устраивать войнушку на побережье и в районе нефтепромыслов и аэродромов. Местное же население пытается жить своей жизнью, а их племенные вожди наживаются на различной контрабанде или даже работорговле. В этом одна из проблем ливийской войны - сама Ливия до сих пор не изжила племенную структуру своего государства. Покуда был жив Каддафи, он держал племена в кулаке и не давал всему этому лоскутному одеялу расползаться и продуцировать архаику, покуда в Ливии реализовывалась масштабные инфраструктурные проекты. Но когда его убили, а старую Ливию уничтожили, собрать весь этот конгломерат племен в одно государство оказалось не по силам "победителям Каддафи", которые на деле не Каддафи убили, а саму Ливию, уничтожив структуру государства и начав выстраивать на его обломках квази-диктатуры и квази-террористические государства, вокруг которых множился социальный ад продолжающийся до сих пор.



Вернуться назад